Контакты

!Скидка!

Форма входа

Погода

Яндекс.Погода

Переводчик

Translate.Ru PROMT©

Поиск

Главная история моды


Модой в самом широком смысле слова называют существующие в определенный период и общепризнанное на данном этапе отношение к внешним формам культуры: к стилю жизни, обычаям сервировки и поведения за столом, автомашинам, одежде. Однако при употреблении слова мода, под которым всегда подразумевается постоянное и с позиций разума недостаточно объяснимое стремление к изменению всех форм проявления культуры, обычно имеют в виду одежду. Историческое развитие одежды человека неразрывно связано с модой и между ними поэтому обычно ставится знак равенства.

В изменении и изменчивости моды каждый раз снова и снова возникает обещание окончательного идеала «красоты» (которого нет). Человек, а точнее сказать потребитель, каждый раз с готовностью верит этому обещанию, и каждый раз вынужден покориться велениям новой моды. Человеческое тело является основополагающим предметом модной стилизации. Каждая эпоха создает свои собственные масштабы эстетического идеала человеческого тела. Наиболее отчетливо эти различия обнаруживаются в изменениях идеала женской красоты, от пышных форм рубенсовского идеала до предпочитаемых в наше время стройных, узких, высоких линий.

Таким образом, одежда подчеркивает или скрывает определенные части тела для приближения силуэта к общепринятому идеалу.Она подправляет и стилизует. Характерным примером этого является средевековый силуэт женской фигуры с несколько выступающим животом, или силуэт в стиле рококо с чрезмерно тонкой талией. Лишь в XX столетии, когда человечество вспомнило о естественных линиях тела. был положен конец деформации туловища корсетом, которая в принципе ничем не отличается от ограничения роста ступней ног у маеньких девочек в Китае и Японии, считавшегося признаком аристократизма, или от обычаев примитивных племен.

Пропорции тела также в большой мере зависят от одежды. Чаще всего тенденции в истории одежды отражают стремление к преувеличению действительной величины тела. Оптическое увеличение фигуры или объема, например кринолином, преследовало обычно цель подчеркнуть достоинство и общественное положение человека. Во многие времена длина одежды, например, длина шлейфа в средневековье, или количество израсходованного на платье материала являлись показателем принадлежности владельца к определенному сословию. Европейские нормы приличия в одежде оставались почти неизменными. Истинной революцией явилось обнажение ног женщин в начале нашего века. В современной одежде в целом наблюдается стремление к возрастающей обнаженности, особенно в спортивной одежде.

Масштабы чувства стыда отличаются друг от друга в зависимости от традиций и обычаев в различных кругах общества (так, например, у мусульман приличия требуют, чтобы женщиа закрывала лицо). Стрелкой на весах благонравия чаще всего является размах декольте. Одно из самых ранних известных декольте можно видеть у богини змей с острова Крит. Памятники греческого искусства также демонстрируют целый ряд вариантов вырезов у женского платья. Затем декольте снова выплыло на поверхность в средние века, когда по бургундской моде оно делалось не только на груди, но захватывало также и спину.

В эпоху Ренессанса, открытого чувтвенным радостям, когда фигура подправлялась корсетом, поднимавшим грудь шнуровкой, тоже делался большой вырез на груди. Примечательно, что строгая испанская мода запрещала декольте. Лишь в эпоху барокко снова стали носить большие вырезы, которые во времена рококо еще больше увеличились. Эротический момент явно и в многообразных формах представлен в истории моды от декольте в женской одежде и ставших снова популярными прозрачных тканей, которые привлекали модных дам еще во времена Наполеона, до намеренного подчеркивания половых органов в мужской одежде средневековья. Сексуальность оказывает существенное влияние на моду; она является одним из подсознательных факторов, которые воздействуют на восприятие и оценку одежды людей.

При моделировании костюма учитываются особенности мужской и женской фигуры, что затем находит отражение в форме одежды. Особенно в женском платье наблюдается ритмичное чередование закрытых и неприкрытых частей тела. С древнейших времен человек стремился прикрыть свое обнаженное тело, что можно было бы объяснить целомудрием и чувством стыда. Однако такое толкование представляется слишком узким и ограниченным. Одежда была не только прикрытием, но и символом. Даже амулет был в свое время «одеждой», т. к. он являлся мостом между голым, ранимым человеческим телом и окружающим миром. Одежда говорит о многом, она разоблачает потаенные мысли. Какое странное противоречие! Одежда являет собой наиболее индивидуальное творение человеческой культуры, и в то же время рядом с модой, которая как тень следует за одеждой, шествует могущественный инстинкт подражания. Психологи считают подражание формой биологической самозащиты, естественным рефлексом стадных существ. Сравнение с человеческим обществом напрашивается само собой. Подражание одновременно является необходимой предпосылкой моды, её противоречием; то, что мы называем процессом развития моды, представляет собой в сущности слияние противоречий. Человек приспособляется к окружающему миру, он приемлет моду, но вместе с тем с помощью именно этой моды он стремится отличаться от окружающих его людей. Человек подражает другим и в то же время старается в этой форме подражания осуществить свою собственную самостилизацию, свое представление о самом себе.

Где создается мода? Конечно же, не везде и не где-нибудь. Естественно, в Париже, скажет каждый. Однако это далеко не так естественно. В течение столетий многие города и страны претендовали на руководящую роль в вопросах вкуса. Лишь окольныи путями моду занесло на берега Сены. Италия, Испания и позднее Англия были этапами её пути по Европе. Покоряющая сила моды, простирающаяся через страны по всему континенту, представляет собой также аспект политического могущества: зачастую мода идет рука об руку с политикой. Доля Италии приходится на эпоху Ренессанса и бурного расцвета городов-государств, во главе которых стояли Венция и Флоренция; они были перевалочными пунктаи в прибыльной торговле со странами Востока. Италию сменила Бургундия, однако после проигранных сражений закончилась и эпоха бурундского превосходства в моде.

На ее место пришла Испания. Господствующим стал черный цвет, так понравившийся повелителям империи, в которой никогда не заходило солнце. Рядом с чопорной (накрахмаленной) одеждой гордого, замкнутого в себе дворянина появился кринолин, требующий достоинства и приичия, Однако консервативные круги Испании, настроенные, как и все консерваторы, против моды, держали слишком строго в узде моду, нетерпеливо настаивавшую на переменах. После 1600 г. политическая гегемония Испании была сломлена, центр тяжести перемещается во Францию, и в моде стал господствовать жизнерадостный Париж. Однако в XIX и XX веках Лондон для мужской моды был тем же, чем Париж—для женской. Приоритет Лондона в корректной мужской моде, возникшей на знаменитой улице мужских портных Севилл-Роу, до сих пор еще неоспорим, несмотря на интересные эксперименты в Париже, несмотря на гворения богатой фантазии в итальянских ателье, несмотря на красочную и небрежную одежду для отдыха, которая после войны пришла из Америки.

Париж, город фриольной жизнерадостности, стал господствующим центром мировой моды. Его эксцентричные идеи в конечном счете подхватывались по всему миру, смягчаясь и перерабатываясь в частностях. Сейчас лучшие парижские дома моделей (haute couture) расположены вокруг Ронд-Пуант на Елисейских Полях. Основателем «от кутюр» считается тот самый англианин, который двадцати лет от роду, не зная французского языка и имея 117 франков в кармане, приехал в Париж. Его звали Чарлз Фредерик Ворт. А пятнадцать лет спустя, в 1860 году, его молодая жена добилась решающей встречи с госпожой Меттерних, задававшей тогда тон в Париже, ходатайство которой перед императрицей Евгенией сделало Ворта некоронованным королем парижской моды. Среди его заказчиц было девять королей. Рассказывали, что к торжественному открытию Суэцкого канала для одной только императрицы он изготовил 150 моделей. Имя Ворта связано и с кринолином (Krinoiine). А когда кринолин изжил себя, Ворта осенила идея турнюра. Рассказывают, будто бы однажды он увидел женщину, которая, подметая двор, подобрала подол юбки и Ворту, якобы, понравился вид ниспадавших сзади складок. Говорят также, что во время одного из своих показов мод он впервые использовал «манекен» (слово происходит от фламандского maeneken, уменьшительной формы от Mann — человек, мужчина); в первые годы после основания фирмы жена Ворта часто и с успехом играла роль манекенщицы

Предшественницами этих манекенщиц были римские раскрашенные фигурки («фигурины») из обоженной глины, высотой от 8 до 25 см, которые римляне посылали в провинции вместо картинок с изображением мод. Похоже, что французы с помощью таких же, правда, более крупных кукол, с большим успехом демонстрировали новейшие парижские моды в Вене и Мадриде, Петербурге и Берлине. Ворт и Дусе представляли в конце XIX века ведущие дома моделей в Париже. Борт старший умер в 1894 г., однако его сыновья задолго до этого вошли в дело; к обширнейшей клиентуре этого дома относилась и знаменитая Дузе, которая в течение тридцати лет заказы вала здесь свои туалеты для сцены. Жак Дусе был человеком большой культуры, коллекционером и знатоком искусства, почерпнувшим многие из своих идей из неистощимого арсенала XVIII века, которому он отдавал всю свою любовь. Сара Бернар, чьи туалеты, как и у Дузе, вызывали на сцене не меньше восхищения, чем её актерский гений, получала их от Дусе; Режан, популярная парижская актриса и любимица публики, была тоже одной из самых верных его заказчиц. Всё, что имело хоть какой-то вес в области моды между улицей де ла Пэ и Вандомской площадью, было представлено на блистательной Всемирной выставке в Париже в 1900 г.

Однако отдел мод на этой выставке к большому неудовольствию мужчин возглавляла женщина - мадам Пакен, первая женщина среди модельеров высшего класса, получившая орден Почетного легиона. Ее творения и способы их распространения, например, с десятком привлекательных манекенщиц на больших скачках в Лонгчамп, были так же знамениты, как и её заказчицы, к которым относилась и прекрасная Отеро, Мадам Пакен посетила также Берлин и стала поставщицей двора. Еще один представитель этого сословия прибыл в то время с триумфальным шествием собственной инсценировки в Берлин: Поль Пуаре (1879-1944), один из самых влиятельных создателей моды вообще. Поза триумфатора, которую он умел так убедительно принимать в годы своего наивысшего успеха, была составной частью жизни и жизненного стиля этого самого динамичного из всех модельеров.

В истории моды имя Пуаре связано с созданием молодежного стиля. Его сочные, экзотические, подобные взрыву краски, которые передались и его художнику Лепану, были навеяны изобразительным искусством. Пуаре господствовал до первой мировой войны, а в 1927 г. его предприятие пришлось закрыть. Необузданный, самовластный человек, творчество которого всегда имело налет театральности (он много работал с театром), чьи сказочные празднества являлись событием в светской жизни, не захотел понять, что после первой мировой войны время ушло вперед и "перешагнуло" через него. Среди законодателей моды стали известны другие имена; мадам Вионне, мадам Скьяпарелли, и особенно - Коко Шанель, сегодня уже легендарная личность парижского "от кутюра", которая дала идеалу новой простоты модное выражение: "Истинная элегантность всегда предполагает беспрепятственную возможность движения". По её мнению, мода, не нашедшая признания широчайших масс, уже не мода. Поэтому она стала работать для швейной промышленности и была там первой представительницей парижских домов моделей.

В конце 20-х годов на её предприятиях работало более 2000 человек. Типичными являются костюмы а ля Шанель которые демонстрируют молодежное и целесообразное направление в одежде. Кристиан Диор (1905-1957), самый удачливый творец моды после второй мировой войны, включается в логичный процесс развития моды послевоенного периода (с её огрубением и маскулинизацией), напомнив об основной задаче моды, которая заключается в том, чтобы "наряжать женщин и делать их более красивыми". Созданный им новый стиль "нью лук" революционизирующее удлинение юбки явились, по его словам, реакцией на бедность. В книге "Я дамский портной" он писал: "Мы оставили за собой эпоху войны, форменной одежды, трудовой повинности для женщин с широкими плечами боксера. Я рисовал женщин, напоминающих цветы, нежно выпуклые плечи, округлую линию груди, лианоподобные стройные талии и широкие, расходящиеся книзу, как чашечки цветка, юбки". Грандиозный успех Диора свидетельствует о господствующей роли одаренного тонким инстинктом времени и духа времени создателя мод, ибо у истоков моды всё еще стоит портной-модельер с его богатым воображением. Он черпает свое вдохновение везде, где только можно. Мадам Скьяпарелли, например, в один из сезонов обязана своими творениями магическому действию американского цирка "Барнем и Бейли". Живопись и экзотические балетные постановки, большие выставки и веяния времени, фильмы, путешествия и хорошие книги представляют собой сырье для работы модельера. Он может, покинув свое время, погрузиться в нежную романтику ушедших эпох, или отважно "оседлать" современность.

В 1965 г. Эмилио Пуччи, ведущий кутюрье"' Флоренции, сказал: „Впервые за всю свою историю человек свободно передвигался в космосе. "От кутюр" не может пройти мимо этого события". Темой разговоров стали "астронаутен-люк", "вельтраум-люк" (стиль астронавтов, космический стиль). В ведущих международных журналах мод сразу появились "космические" мотивы. Один женевский ювелир показывал свои экспонаты в Лондоне под девизом "Метеориты и драгоценности". Я мечтаю о том, - сказал он, - чтобы украшения отражали природу, вселенную, тайны морских глубин и наступившую космическую эру". Так каждая мода, особенно ретроспективно, является зеркалом времени. А модельер является как бы посредником, медиумом. Но каждая мода нуждается в крестных родителях. Только после того, как мода будет признана и принята определенными кругами, она может стать модой. Кривая её идет вверх по мере роста популярности, все больше увеличивается число тех, кто получает от неё удовольствие. Когда вообще подражание достигнет наивысшей точки, другими словами, когда возникнет превращения модной одежды в однообразное форменное обмундирование и мода перестанет быть модной, тогда цикл резко обрывается или постепенно затухает. «En vogue», говорят французы: есть нечто модное в моде. Оно означает моду и движение волн. Взлет и падение модных перемен очень пластично отражаются в этом слове. В общем и целом, как показывает опыт, каждый модный цикл можно разбить на следующие фазы; возникновение оригинала, модели; признание их модной актуальностью в узком кругу; распространение приспособленного к интересам широких масс варианта в удешевленном серийном производстве; пресыщение; затухание интереса или полное исключение товара. Модные циклы у модных предметов одежды бывают очень разными - у не очень дорогих, у будничных летних платьев или шляп, например, циклы сменяются очень быстро, от сезона к сезону. Такая сезонная обусловленность основными фазами весна-лето и осень—зима является признаком процесса развития моды.

Правда, некоторые модные новинки после того, как их признали широкие массы потребителей. переходят в категорию стандарта. Для распространения моде нужны гласность и идеалы для подражания. После завершения работы над эскизами, проводимой в ателье «от кутюр» в глубокой тайне и охраняемой от шпионажа, с момента премьеры, когда сделан только первый шаг на подмостках, должна начаться громогласная реклама новых творений. Парижская мода располагает по традиции превосходной, охватывающей весь земной шар пропагандой, французские журналы мод, как например, первый журнал мод с иллюстрациями «Кабине де Мод» (Cabinet des Modes), который начал издаваться в 1785 г., или вышедший в свет спустя год в Веймаре Бертухский джёрнал дес Люксус унд дер Моден» (Journal des Luxus und der Moden), часто достигали высокого уровня; журнал для избранного общества «Газет дю бон тон» (Gazette du bon ton), издававшийся до и после первой мировой войны, для многих и сегодня еще является образцом.

Видные писатели - среди них Кокто, Жироду, Колет и художники, такие как Рауль Дюфи и Христиан Берар — внесли свою лепту е создание этого уровня. В настоящее время издания «Вог» (Vogue) и «Xapnep'c Базар» (Harper's Bazaar) говорят свое последнее решающее слово в вопросах моды. Эти журналы за последние двадцать лет помогли искусству фотографии мод подняться до высокой степени художественности, правда, в ущерб рисованным изображениям мод.

Однако мода существует не только для демонстрационных подмостков и фотоснимков. Прежде всего новая мода должна быть представлена общественному мнению на бульварах больших городов капиталистического мира на парадах, торжественных приемах, на модных курортах и в модных ресторанах небольшим кругом уверенных в себе людей. И только потом миллионы людей в городах и в сельской местности, через телевидение и иллюстрированные журналы мод. журналы для женщин, издаваемые в большом количестве, свыкнутся и освоятся с этой новой модой, которая вначале почти всегда подвергается осмеянию. В англоязычном регионе узкий круг людей, имеющих достаточно средств, времени и вкуса для активного участия в создании моды, в настоящее время называют "визитс" (with-its). Это те, кто находится в свете огней общества, кто имеет право голоса, кто привлекает взоры окружающих. Дело в том, что по характеру и по внешности не все "визитс" изящны и элегантны, и, наоборот, бесчисленные безымянные франты и щеголи во всем мире ни в коем случае не могут быть причислены к "визитс".

Идеалом и образцом с позиций моды могут быть лишь те, которые являются одновременно элегантными и "визитс", а таких немного. Воображаемый список таких людей можно было бы начать с королевы Сирикит- заказчицы Пьера Бальмэна, которая неизменно считается наиболее хорошо одевающейся дамой мира, и завершить герцогом Эдинбургским и лордом Сноудоном. К этому кругу относятся, например, Коко Шанель и знаменитая Каллас, Карим Ага Хан и сенатор Эдвард Кеннеди, Сэм Шпигель - кинопродьюссер, прославившийся благодаря своему фильму "Мост через реку Квай", обозреватели Уолтер Липпманн и Джозеф Олсоп. Жанн Моро, Элизабет Тайлор и Ричард Бёртон.

Но это только некоторые из многих. Влияние и сила воздействия такого слоя общества, к которому прежде относились высшая аристократия. популярные актрисы и избалованные дамы света, в течение длительного времени затрагивали только политические и культурные центры. В сельских местностях заметным было сопротивление, вызванное привычками, обычаями и традициями. Там очень нерешительно и с основательным разрывом во времени воспринималось то, что в качестве моды приходило из больших городов, и затем приводилось в соответствие с требованиями, предъявляемыми к одежде работой и повседневной жизнью. XIX век, с началом индустриализации, принес с собой переоценку ценностей. Это не прошло бесследно для моды. Перемены выразились прежде всего а том, что одежда была причислена к категории товаров. Если вспомнить средние века, то тогда одежда представляла собой целое состояние. Её можно было бы отнести к рангу движимого имущества, выраженного в числах, а иногда из-за богатых украшений и драгоценных камней платье даже имело характер передаваемого капиталовложения. Во всяком случае, не так уж много времени прошло с тех пор, когда личная одежда являлась составной частью выделяемого детям имущества и передалась от поколения к поколению.

Но вот на передний план выдвинулась новая отрасль промышленности: промышленность пошива одежды. В 1770 г. в Париже было основано первое значительное швейное предприятие. Отмена цеховых законов во времена французской революции явилась предпосылкой серийного производства в крупном масштабе. Уже в первые годы революции в Париже как из-под земли выросли большие предприятия по изготовлению одежды и белья. В 1824 г. в Париже было создано конфекционное предприятие "Ла бель жардиньер" (La Belle Jardiniere}, которое вскоре превзошло другие предприятия и до настоящего времени остается одной из ведущих фирм этого рода. Следствием бурного развития текстильной, швейной и химической промышленности в течение XIX века была демократизация моды.

Благодаря массовому изготовлению, конфекциону удалось снизить стоимость одежды. "Дэрнье кри" (Dernier cri) - последний крик моды -уже не был делом узкого круга, а стал занимать миллионы людей. Представители "от кутюр" отдавали себе отчет в экономическом значении конфекциона. Ибо первая мировая война изменила состав клиентуры парижских домов моделей: большинство дворов и большая часть аристократии перестали существовать. Создание коллекций моделей для значительно большего круга заинтересованных лиц заменило прежнюю строго индивидуальную работу для одного клиента, которого владельцы предприятия знали лично. В настоящее время у многих парижских домов моделей частная клиентура все еще занимает 60 % оборота, однако доходы поступают прежде всего от закупок товаров универмагами и промышленностью и от побочных отраслей, т. е. от продажи духов, пудры, обуви, чулок и корсетов, от бутика (Boutique). Промышленность становится для парижских домов моделей в международном масштабе все более крупным потребителем; раз и навсегда прошли времена, когда можно было, как в 1936 г., назвать Жана Пату и Люсьена Лелонга врагами "от кутюра" только по той причине, что они высказали мнение о необходимости считаться с запросами швейной промышленности.

Качество в смысле физической прочности продукта, по понятным причинам, является врагом любого модного изменения. Понятие качества изменилось -сегодня уже никто серьезно не думает о том, чтобы передавать одежду по наследству от отцов к детям. Качество уже не понимается как долговечность; подсознательно модные изменения с самого начала уже включаются в расчет. В настоящее время гораздо большее значение придается потребительским качествам: эластичности, несминаемости, водо-и грязеотталкивающим свойствам, способности сохранять форму, отсутствию необходимости гладить - это как раз те требования, которые покупатель предъявляет к материалу и с которыми он соразмеряет свое современное понимание качества. Все более расширяющийся ассортимент новых волокон и тканей способствует привлечению интереса потребителя.

В нашем обществе до сих пор одежда - это символ общественного престижа. Но в наши дни она имеет более скрытые, а вместе стем и более утонченные формы. Чем единообразнее кажется внешнее оформление костюма, причем в международном масштабе, тем многочисленнее становятся варианты материалов и красок. Не столько покрой, сколько структура поверхности и колоритность материала акцентируют характер одежды. Созданная массовым производством одежда доступна каждому. Индивидуальность проявляется в выборе и комбинации отдельных компонентов одежды. Подчеркнутая индивидуальность, разумеется, предполагает ручную работу на заказ и исключительные материалы. Своего рода "Understatement" норка в качестве подкладки к дождевику тоже является веянием наиболее изысканной моды. Иногда на первый взгляд может показаться, что мода слишком привержена к вычурному и легкомысленному, что она подавляет функциональное назначение платья. Однако, история знает много примеров тому, что именно мода некоторые явно функциональные виды одежды подняла до разряда модных вещей.

Это тоже связано с выражением общественного престижа, с манифестацией образа жизни и взглядов на жизнь. Например, джинсы. первоначально являвшиеся исключительно дешевой рабочей одеждой, в определенный период и у определенной группы молодежи стали модным предметом их костюма. Невысказанное значение джинсов так обязывает, что оно заглушает даже привкус однообразия, которое в данном случае очевидно. Девушки, появляющиеся в любых ситуациях в джинсах и грубых, свисающих свитерах, демонстрируют тем самым скорее свою принадлежность к поколению и к обществу, нежели свои эстетические взгляды и свой личный вкус. Интересным свидетельством взаимосвязи между одеждой и общественным положением людей является английское выражение для обозначения работников умственного труда: их называют, намекая на воротники их белых рубашек, "белые воротнички". Таким образом, умственный труд очень просто обозначается характерной частью одежды. Мода в целом всегда стремится к молодому и свежему впечатлению: она хочет омолаживать. Антропологи доказывают, что татуировка и орнаменты из глины на лице у некоторых примитивных племен делались не только для украшения, но также и для сокрытия морщин.

При этом сущность моды - изменение - ближе динамичному темпу жизни молодых людей. Однако её осуществление во все времена зависело от той группы населения, которая имела достаточно средств для этого. Если полистать модные журналы прошлого века, то можно обнаружить, что в них речь идет сплошь о моделях для "дам", т.е. для женщин, мужья которых были материально достаточно хорошо обеспечены, чтобы позволить им пользоваться этими моделями. XX век принес с собой массовую занятость женщин в процессе общественного труда, а также сравнительно высокие заработки молодежи. То и другое повлияло на моду ни с чем ранее не сравнимым образом. Эта эмансипация вдохновила также и модельеров. Работающие женщины отбросили излишние и неудобные в каждодневной жизни романтические ратуты.

Женская мода двадцатых годов приобрела характерные особенности мужской одежды. Смелое уменьшение длины женских юбок до колен, отказ от корсажа и короткая стрижка положили начало новому отношению к форме одежды, которая отныне стремилась к простоте и широте замыслов. Многочисленная группа молодых потребителей, жаждущих разнообразия и имеющих желание и возможность потратить на это значительные суммы денег, также стала важным импульсом в создании новых моделей одежды. Мода уже больше не обращается к "зрелому" возрасту, а с уважением относится к молодежи и к её стилю жизни. Между прочим, любая деятельность или даже всего лишь хобби требуют соответственного выражения в одежде.

После того как были, наконец, решены проблемы фундаментальной целесообразности, мода завладела одеждой: наглядный пример тому - женское платье и купальный костюм. Дамская одежда, в которой первоначально в качестве модной идеи были использованы элементы мужского костюма, на протяжении ряда лет превратилась в наряд, который мы сегодня называем классическим ввиду его неоспоримого функционального решения. Менялись длина юбок, ширина отворотов и величина пуговиц, но принцип стабилизировался. Что касается купального костюма, то здесь потребо-вались десятилетия, пока он обрел свою предельную форму. Сегодня у нас вызывают улыбку и первоначальное смущение, возникавшее при его создании, и не только от стыда по поводу необходимости обнажаться, и тяжеловесные попытки заимствования различных деталей у других предметов одежды, прежде всего у белья. Но как только для купального костюма был найден "канон", он был сразу же перенесен обратно на дневное и прежде всего на вечернее платье, по крайней мере в решении верхней части. Промышленное производство одежды, среди прочих преимуществ, дало возможность сильно обогатить её разнообразными вариантами. Две исходные основные категории: повседневная, т. е. рабочая одежда, и воскресный, т. е. праздничный наряд, распались на длинный ряд специализированных костюмов: домашнее платье, выходное, одежда для общества, вечерний наряд, одежда для отдыха, для спорта, для путешествий и т. д. При этом отдельные виды одежды оказывали влияние на другие. Казалось бы, от спортивных длинных брюк очень далеко до вечерних туалетов, однако сейчас существуют вечерние брючные костюмы для женщин.

По преданию, древний индийский закон угрожал тяжелейшим наказанием - смертной казнью через повешение - тем, кто осмеливался надеть платье, предназначенное другому полу. Эта традиция, в рамках истории развития костюма, свидетельствует о сексуальном значении одежды. Полярность полов, которая проявляется в разнообразнейших формах, нашла в одежде средство демонстрации, призыв и желание нравиться. Мужская активность обнаруживает в этом отношении убывающую тенденцию. Кавалер Ренессанса использовал большое количество кружев, филигранные доспехи средневекового рыцаря представляли собой небольшое произведение искусства; церковь и городские законы критиковали чрезмерные украшения и расточительность в мужской одежде. Современный мужчина уже не воюете мечом в руках под многоцветным знаменем своего короля, а лютни миннезингеров и пасторали сегодня тоже забыты. Атрибуты его значения в обществе более "цивильные", его ранг и чин скрываются за трезвым костюмом, который на первый взгляд вообще не отличается от других. Однако, кто может утверждать, что мужчина утратил стремление нравиться женщинам? Правда, он это делает уже не с помощью брюссельских кружев. Интерес к моде у мужчин несколько смещается: не к одежде, а к автомашине стремится он прежде всего, форма, цвет и экипировка маши-мы, т. е. элементы, подверженные влиянию моды, переносном смысле приняли на себя функции военных доспехов или расшитых одеяний эпохи средневековья, барокко и рококо

Женщины более эмоциональные и чувствительные, относятся к моде иначе, чем мужчины: прежде всего своим "продуктивным" отношением к одежде, т. к. изготовление платья всегда было традиционной некой работой. Это означает, что с древнейших времен женщина своим трудом ктивно участвовала в развитии формы костюма. Подчеркнутая эмоциональность женщин предполагает также более стихийное отношение к моде. Старейшее призвание женщин активно создавать жизненную микросреду дает ей более острое понимание деталей при стилизации внешности человека.